Архитектор Ира Фишман о чувствах к дому, который предстоит восстановить в Самаре

 7

Одна из авторов эскизного проекта фасада для самарского «Том Сойер Феста» архитектор Ира Фишман написала небольшое поэтичное эссе о доме по адресу Фрунзе, 149, который предстоит в этом году фестивалю.

На днях ходили на обмеры дома для #томсойерфест. Какой же это кайфовый оказался двор! Сам дом феноменален уже тем, что «парадные фасады» у него все обращены во двор, а снаружи (в данном случае со стороны парковки слева от церкви на ул. Фрунзе) вообще глухие стены. Когда мы делали проект благоустройства улицы Фрунзе в прошлом году (которому, увы, не суждено было сбыть собой наши мечты) и ходили там, озабоченные тем, как быть с этой парковкой, мы даже думали, что это какой-то сарай или нежилой давно дом. В общем, он совсем не обращает на себя внимание. Но стоит сделать с десяток шагов во двор, и ты попадаешь в ОАЗИС. Это чувствуется даже зимой. Во дворе палисадники, швейная машинка Зингер, столик с резными ножками годов 40-х, будка с собакой (правда совсем безобидной к огорчению хозяина, который пожаловался, что она «совсем не работает»). И еще куча всего интересного разных цветов, времен и материалов, что формирует собой настоящую, лишенную придолбавшего в последнее время перфекционизма, зато наполненную теплотой, вкусами и запахами жизнь.

Хозяин одной из трех сблокированных в доме квартир (а он еще и реально большой, этот дом, к тому же кирпичный, дореволюционный, крепкий весьма, и даже окна у него сводчатые и карниз зубчатый) встретил нас очень дружелюбно и предложил даже самостоятельно померить часть дома, загороженную палисадником, чтобы нам не контактировать с обитающей в нем другой собакой, которая «работает». Дом же, кстати, внезапно оказался квадратным в плане при занесении обмеров. А вся его сложная форма крылась в наслоенных историей пристройках и тамбурочках, которые, однако, вида не портят, а только наоборот — добавляют аутентичности и ощущения времени.

Погода нас обманула – несмотря на легкий минус, было очень промозгло и правая рука у меня скоро стала застывать в процессе зарисовки фасадов и занесения размеров. Решили пойти погреться в машину, а тут хозяин уловил наши намерения и настойчиво зазвал в дом — пить кофе.

Прихожая с отличнейшим дощатым полом – она же кухня – оказалась в одной из деревянных пристроек. Места в ней было достаточно как раз для газовой плиты образца советской коммуналки середины ХХ века, мойки, пары шкафчиков и столика на двоих у окна, в форточке которого сидела кошка. Вторая кошка сразу пришла ко мне знакомиться, причем с первой они были явно не в ладах. Справа от плиты были устроены микро-полочки в стенной нише, выложенные мозаикой. На них аккуратно стояли одинаковые стеклянные банки со специями и травами для чая. На конфорке античной газовой плиты, пламя которой поднималось вверх на добрые 10-15 см, варилось кофе в медной однопорционной турке. На стол были поставлены молоко и сахар в хрустальной сахарнице. Мне честно показалось, что это один из самых вкусных кофе, который доводилось пить. За разговором выяснилось, что и хозяин, и его жена учились на архитектурном, и у нас сразу вышла нестыковка по поводу того, на учебу кого из нас (то есть нас или их) пришелся самый расцвет архфака. Хозяин сказал: «Мы жили там сутками». Я на секунду задумалась над двусмысленностью этой фразы на слух и ответила, что мы тоже часто ночевали в универе. Каждый мирно остался при своем убеждении.

Когда зашел Саша, закончивший фотофиксацию объекта, несмотря на наши вежливые протесты, ему была сварена отдельная порция кофе. Потом мы, согретые и довольные, продолжили обмеры самой «парадной» (при этом самой дворовой и скрытой от улицы) части фасадов. Тут неожиданно из ниоткуда раздалась музыка. Музыка прекрасная, без преувеличений. И довольно громкая. Звучали духовые. Мы определили местоположение источника звуков в Костеле и пришли в полный восторг, наконец, от этого места. Вообще этот двор замечателен своим расположением – если стоять в нем спиной к ул. Фрунзе, то слева открывается прекрасный вид на Костел и музей Алексея Толстого, справа – на Филармонию, причем в таком ракурсе я видела ее впервые – с этой точки хорошо просматривается ее скатная кровля и купол на всю высоту. А если смотреть вперед -ты понимаешь, что можно вот тут в центре поставить небольшой мангальчик, пару шезлонгов и спокойно зажарить шашлыков с товарищами.

Я вообще к чему все это написала, друзья. Меня очень вдохновил этот дом, этот двор и его хозяева. Кошка в форточке. И собака, которая «не работает». Даже если во всем городе сохраниться хотя бы один такой двор с таким домом и таким хозяином, я буду этот город любить, каким бы кошмарным «преобразованиям» его не подвергали те люди, которые его не любят. У нас чудесный город, друзья. Курорт.

←в раздел «Новости»