«Это супер-люди! И они знают друг друга»: интервью с идеологом «Том Сойер Феста» Андреем Кочетковым

 6

Шесть лет назад группа энтузиастов взяла в руки кисточки, чтобы привести в порядок фасады трех домов в историческом центре Самары. Теперь в фестивале восстановления исторической среды участвуют волонтеры из десятков населенных пунктов по всей стране. Во что вырос «Том Сойер Фест» к 2021 году, как он работает и трансформируется, какие вызовы перед ним стоят? Об этом мы узнали у Андрея Кочеткова – идеолога фестиваля.

- Я уже поговорила с координаторами из нескольких десятков городов, и в каждом втором интервью слышала твои цитаты. Каково это — ощущать себя лидером движения, в которое вовлечены люди по все стране?

Я совсем не ощущаю себя лидером.

— А кем ты ощущаешь себя в сообществе «Том Сойер Феста»?

Скорее, клеем. Ретранслятором информационных потоков. Я считаю своей миссией познакомить одних людей с другими и уйти. Стараюсь доводить информацию до людей, чтобы они могли что-то придумывать и предпринимать самостоятельно.

— С каждым годом к фестивалю присоединяются новые города, сейчас их уже больше 60. Когда ты понял, что фестиваль может стать тиражируемой технологией?

Не было такого, что мы говорили: смотрите, как классно, давайте тиражировать. Это получилось спонтанно. Фарида Мухамедовна Забирова (казанская градозащитница, архитектор, реставратор, с 2009 по 2021 —заместитель председателя Татарского регионального отделения ВООПИиК , — Прим. авт.), которой недавно не стало, как-то приехала в Самару, увидела, что мы делаем. В результате я оказался на градозащитном совете в Казани. Рассказал о фестивале, и в Казани подумали: «Можем повторить». Вопрос, который тогда стоял – должно ли быть другое название, и как проект должен позиционироваться. Договорились, что было бы грамотно работать под одним названием – это помогало бы нам наращивать мощь. Но при этом действовать как независимые акторы.

— Не страшно ли тебе, что фестиваль так сильно разросся, и что за этим ростом теряется что-то важное?

Понятно, что когда городов 70, люди не могут тесно общаться между собой. Камерность теряется, и это неминуемый этап развития любого успешного проекта. Но мы стараемся поддерживать дух камерности.

— Мне кажется, при текущем масштабе фестиваля, очень сложно контролировать, что происходит в каждом конкретном городе. Как внутри сообщества решается проблема репутационного риска?

Во-первых, если бы мы контролировали, что происходит в каждом конкретном городе и насколько правильно, никакого «Том Сойер Феста» не было бы. Все города разные, ситуации разные, и стратегии действий тоже могут быть разными. Главное, чтобы они шли на пользу ценности наследия. Понятно, что большое количество негативных отзывов от вполне понятных, вменяемых людей с близкими ценностями – повод насторожиться. Негативный шлейф есть везде, как и у любого заметного явления, но когда где-то образуется аномалия, и люди, которые создают этот негативный шлейф, не просто ноунеймы, а адекватные и с близкими нам ценностями – это повод разобраться в ситуации. Я считаю, идеальный «Том Сойер Фест» — это когда он работает сам собой, без механизмов контроля. Но нужно уделять внимание и время, чтобы разобраться в подобных ситуациях, потому что, если их пропустить, они могут негативно сказаться на всем сообществе.

— Какие вопросы ты задаешь тем, кто хочет запустить фестиваль у себя в городе?
- В этом году я не занимаюсь переговорами с новыми городами, это делает Таня Дмитриева. Но в целом, мне обычно достаточно просто поговорить о том о сем с человеком, чтобы понять, нет ли у него какой-то скрытой мотивации, карьерного или политического плана. Я не вижу в таких планах абсолютно ничего плохого, но мне важно, чтобы стремление сохранять наследие было первичным. Все остальное может иметь место, но находиться на вторых ролях.

— Приходилось ли тебе кому-то отказывать?

Да, конечно. Неоднократно.

— И как ты объяснял, почему?

У нас есть основные ценности, которые сформулированы на сайте фестиваля, и обычно я отказывал, ссылаясь на них. «Ребята, так делать нельзя, потому что вы политическая партия». Или хотите сделать волонтеров незначительной добавкой к другому процессу. Иногда я просто не очень вдохновенно поговорю с человеком пятнадцать минут, и он исчезает.

— У «Том Сойер Феста» есть 4 принципа, которые коротко можно сформулировать одним предложением: фестиваль – это низовая инициатива, существующая вне политики, основанная на добровольном безвозмездном участии. Не пора ли к этим принципам добавить что-то еще? Или наоборот, убрать?

Мы рассуждали об этом на конференции городов-участников в прошлом году. Думаю, этому вопросу нужно уделить время, поговорить с сообществом, а не менять что-то волюнтаристским решением. С ростом сообщества собрать его все сложнее, особенно в реальной жизни. Например, людей из Читы, кроме как в Zoom, я нигде не видел. И это не единственный такой город. Как построить процесс обсуждения? Учитывая, что «Том Сойер Фест» — горизонтальное сообщество, которое достаточно аморфно. Это вызов, который предстоит решить.

— Что, на твой взгляд, важнее: чтобы фестиваль хотя бы раз прошел в как можно большем количестве городов или закрепился на территории и стал устойчивым проектом?

Важнее всего не то и не другое. Важнее всего связи, которые благодаря фестивалю выстраиваются внутри города и за его пределами, и могут быть использованы для поддержания основной ценности фестиваля – сохранения наследия. Не вижу ничего страшного в том, что в каком-то городе фестиваль прошел, а в следующем году – не прошел. Или какой-то город решил заниматься другими форматами работы с наследием. Но важно, чтобы те коммуникации, которые были построены, продолжали работать на пользу наследию. Гораздо лучше живой замотивированный человек, прокачанный на «Том Сойер Фесте», который может тратить один час в неделю на дело сохранения наследия благодаря полученным навыкам и наработанным связям, чем человек, который перегорел, умер на работе, и сказал: «Больше ни ногой». Я не вижу задачи упороться, и это сложно, потому что власть, общество требуют от тебя: упорись, сделай больше. Важно уметь вовремя соскакивать и не поддаваться на такие разводки, чтобы остаться целым, здоровым, счастливым и полезным.

Многие координаторы «Том Сойер Феста» говорят о выгорании. Приходилось ли тебе с ним сталкиваться?

Конечно. Очень демотивирует, когда безумные люди пишут совершенную дичь, а переубедить их в эпоху постправды просто невозможно. Ты можешь потратить на это неделю, но любые усилия и аргументы ни к чему не приведут. Поэтому важно поставить грамотные фильтры и искать единомышленников, побольше разговаривать с теми людьми, с которыми тебе приятно разговаривать, которых ты считаешь умными, талантливыми и близкими тебе по духу. Вот на это надо тратить время: поддерживать друг друга и наращивать коммьюнити как внутри города, так и за его пределами.

— Как внутри сообщества уживаются люди разных возрастов и очень разных взглядов?

Уживаются только потому, что есть понятная ценность, которая всех объединила. Если бы эта ценность заключалась в материальной выгоде, конечно же, мы бы уже видели гору трупов. А поскольку речь идет про некую социальную ценность, вокруг которой все собралось, мы вынуждены быть терпимыми друг к другу, и ради нее учиться коммуницировать с разными людьми.

- За всю историю фестиваля от всероссийского сообщества был отлучен всего один фестиваль – это фестиваль в Томске. Ты тогда написал, что такая история должна была случиться рано или поздно. Почему?

— Из-за большого и быстрого роста фестиваля. Из-за того, что «Том Сойер Фест» не вывозит потенциальных координаторов в тайгу на две недели, чтобы убедиться, что этим людям можно доверять. «Том Сойер Фест» — это легкая конструкция, и существует она только благодаря своей легкости. Какая-то доля ошибок всегда существует. С одной стороны, мы быстро растем и развиваемся за счет отсутствия забюрократизированности и излишней подозрительности, присущей нашему обществу. С другой стороны, и на старуху бывает проруха. Но если окинуть взглядом общую картину, она радует и показывает, что людям можно верить. Обычно они оказываются совершенно нормальными и адекватными.

— Ты удивлен, что без каких-то официальных договоренностей и обязательств в других городах все идет, в общем-то, гладко?

Мне приятно это осознавать. Когда начала появляться сеть фестивалей, я был уверен, что так и должно быть. И я рад, что эта гипотеза подтвердилась.

— Есть ли у «Том Сойер Феста» конкуренты? Или любые проекты, связанные с сохранением наследия — по умолчанию друзья?

— Наверное, друзья. Наследие – недолюбленная тема, и это непаханое поле настолько велико, что я не вижу особых точек конфликта. Они скорее могут возникать в тех местах, где наследие отходит на вторую роль, становится декорацией для каких-то других целей.

— Я часто слышу, что «Том Сойер Фест» крут именно тем, что это региональная история, проект, который появился не в Москве. Но до Москвы фестиваль пока не добрался. Почему?

- Я заметил, что все большие, успешные сетевые вещи в России появлялись не в Москве. Думаю, потому, что московский человек мыслит по-другому. Мне кажется, первая причина, по которой «Том Сойер Феста» нет в Москве – это суперзабюрократизированность города, в котором очень много ресурсов. Думаю, если кто-то решится делать фестиваль в столице, даже при зеленом свете ему придется пройти полный юридический ад перед тем, как провести работы. Во-вторых, фестиваль в Москве мог бы работать, наверное, только в выходные. Потому что время, которое люди в малых городах могут тратить на волонтерские истории, москвичи тратят на дорогу до работы и обратно. В Москве время является более ценным ресурсом, чем деньги. Поэтому то, что делает «Вспомнить все» — собирает деньги, это, наверное, более подходящая для Москвы история (команда проекта «Вспомнить всё» восстанавливает в старинные детали городской среды на средства, собранные с помощью краудфандинга. – Прим. авт.) Или то, что делает фонд «Внимание». В небольшом городе может практически не быть денег, но там есть время. Это просто разные ресурсы – не плохие и не хорошие, нужно только грамотно ими пользоваться.

— Где, на твой взгляд, фестивалю легче – в городе-миллионике, среднем по размеру городе, или в совсем маленьком, в селе?

- Думаю, на текущем этапе развития, когда у фестиваля есть федеральные партнеры, и мы можем поддерживать небольшие населенные пункты, проще всего сделать фестиваль в малом городе. Потому что там все решается очень просто, там мало бюрократии, там нет запредельной подозрительности и недоверия, которые часто есть в больших городах. Еще в миллионниках есть проблема с количеством подходящих объектов. А в малых городах есть плюс – большое количество домов с одним собственником. Они сильнее чувствуют дома своими, чем жители многоквартирных домов, и с ними проще договориться.

Может ли человек в рамках фестиваля восстановить свой собственный дом?

— Почему бы и нет. Чего мы хотим, на самом деле? Мы хотим сделать так, чтобы жильцы домов начали по-другому относиться к своей собственности, к месту, в котором они живут. И самый короткий путь – это самому стать собственником. И таким образом быть уверенным, что когда фестиваль закончится, никто ничего не испортит. Я только за, было бы классно помогать друг другу в подобных вещах.

— Как ты относишься к ситуации, когда собственники продают дома, восстановленные волонтерами?

— Я отношусь к этому хорошо. Если человек продает дом, значит, дом ему не нужен. Если дом ему не нужен, он вряд ли будет о нем заботиться. Когда человек продает дом, есть шанс, что у дома будет новый заботливый хозяин, который понимает его ценность. Более сложный вопрос связан с ситуацией, когда «Том Сойер Фест» запускает процесс капитальных преобразований, которые собственники начинают проводить не совсем на том уровне, на котором бы нам хотелось. Например, так было в Екатеринбурге и в Самаре, когда деревянные оконные рамы были заменены на пластиковые. Но я считаю, фестиваль запускает важный механизм осознания собственниками ценности постройки, пусть и не идеально. Мы можем быть уверены, что теперь дом простоит гораздо дольше, чем в том состоянии, в котором он был. Потому что для собственника дом теперь представляет ценный актив. Деревянные рамы можно будет вернуть через 50 лет, когда придет иное осознание ценности. А если дом не простоит эти 50 лет, рамы будет некуда вставлять.

— Есть конкуренция между городами внутри сообщества «Том Сойер Феста»?

Думаю, есть.

— Это хорошо или плохо?

У этого есть плюсы и минусы. Плюсы в том, что конкуренция придает развитию динамику, создает пространство для экспериментов. Важно не закукливаться. Проект, который делает одно и то же из года в год, умрет. Нужно развиваться, так устроен мир. С другой стороны, есть минусы, потому что конкуренция часто связана с пусканием пыли в глаза: любыми средствами показать, что ты лучший, что-то недосказать. А когда что-то недосказано, такую информацию сложно использовать для анализа, рефлексии и развития. Я сейчас рассказал о плюсах и минусах, и в результате получился ноль.

— Объекты фестиваля все чаще сталкиваются с угрозой сноса. Планируется ли какое-то системное решение этой проблемы?

Несомненно, эту проблему нужно решать, и решать коллективно. Мы посвятили этому кучу времени, когда недавно собирались на съезде координаторов в Нижнем Новгороде. К сожалению, итоги наших обсуждений организаторы пока не свели в единую резолюцию. Очень хочется, чтобы наша резолюция поскорее материализовалась и пошла в ход.

— Есть ли у фестиваля перспективы коммерциализации?

Не коммерциализации, а перехода к социальному предпринимательству. Я двумя руками за то, чтобы это произошло. Думаю, фестиваль может делать разные вещи, например, грамотные ремонты исторических зданий на основе уже апробированных технологий, или оказывать консультационные услуги.

— Как тебе новый экспресс-формат некоторых городов, где волонтеры красят дом за два дня?

Я не понимаю, как они это делают, и очень хочу узнать.

— Такой формат не противоречит концепции фестиваля?

Не противоречит, если соблюдаются принципы фестиваля и результат качественный.

— У фестиваля есть очевидный результат – это восстановленные объекты. Чего еще удалось достигнуть за эти 6 лет в масштабе всей страны?

Мы появились друг у друга. Самое ценное – это коммуникация и разносторонний опыт. Я вижу, как сильно фестиваль прокачивает людей. Они показали сами себе, что способны решать сложные задачи, работать с бизнесом, с властью. Это супер-люди! И они знают друг друга. Классно, когда можно ехать по стране и встречаться с людьми, которые будут показывать тебе своей город так, как тебе хочется его увидеть, и в позитивном, и в негативном ключе.

— Что ждет «Том Сойер Фест» дальше?

- Одним из главных моментов развития я считаю создание резиденций фестиваля, которые все активнее появляются в разных городах. Вслед за резиденциями неминуемо появится какая-то деятельность, связанная с их существованием. Не говорю, что такие резиденции откроются в каждом населенном пункте, где проходит фестиваль, но сколько-то их будет. В некоторых местах резиденции возникают в расселенных домах, которые планировали снести, а потом они, разными путями, оказались в руках у волонтеров. Думаю, создание в расселенных домах чего-либо станет фестивальным мейнстримом. Тут, конечно, требуется большая экономическая и юридическая работа, чтобы понять, как эти объекты будут функционировать, и какое место здесь будет у волонтеров. Потому что чем больше возникает сложных и глобальных вещей, тем меньше пространства остается для волонтеров. Это вызов. И еще я надеюсь, что ковид скоро сдохнет, и мы будем таборами колесить по стране, узнавать ее, знакомиться с интересными людьми и собираться в разных точках.

— Когда ты сможешь сказать, что фестиваль выполнил свою миссию?

У самурая нет цели, есть только путь.

Интервью: Алина Коленченко

Фото: Алексей Авдейчев

Интервью опубликовано в рамках проекта, реализуемого с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.

←в раздел «Интервью»